Образ мыслей

«Человек приписывал Небу, Солнцу и Луне власть над собой, влияние чего нельзя отрицать, но влияние это действовало на него только в этом мире от рождения до смерти».
Ш. Уалиханов

На менталитет человека оказывают влияние разные факторы: среда, климат, географический ландшафт, общество, религия, обычаи и традиции, природа в целом. Где молено встретить круглый потолок в жилище? В Степи. Кочуя, степняк видит круглое небо над собою, за год делает полный круг от жайляу-летовок до коктеу — весенних пастбищ. Даже время понимается не по линейной логике -«прошлое кануло в Лету, обратно не вернешь», а в виде круга — «все вернется на круги своя». В лесу, сколько вверх не смотри, небо кажется если не квадратным, то четырехугольным, деревья своими верхушками сужают обозрение. Обычный средневековый житель европейской деревни судил об окружающем мире, исходя из того, что он видел с крыши своей избы.

Кочевники и земледельцы по-разному использовали землю, по-разному на нее влияют. В Степи образ жизни иной, отличающийся от оседлых народов. Образ жизни определял стройную систему взглядов на окружающий его мир, Вселенную, его строение и смысл. Кочевники делили окружающий их мир на три — Высший (Тенгри), Средний (Темекей) и Низший (Тенгиз) миры.

Высший мир — Тенгри — Небо.
Отсюда космогоничность сознания и уважение к седине стариков. Белый цвет облака на Небе, белизна в бороде и на висках. Можешь не уважать человека, но надо уважать седину. Она показывает приближение человека к Небу.

В Среднем мире человек находится в пространстве между четырьмя сторонами Света. Подземный мир можно увидеть через сказки. Там все наоборот. Казахи запрещают ходить возле могил, ночевать около них: слишком близко к подземному миру. Делимым из них является Средний мир. В нем все делится на два: добро и зло, белое и черное, левое и правое. Так же, как китайские понятия «инь-ян».

Образ мысли связан с образом жизни. Здесь прямое взаимовлияние. Основное богатство кочевников — скот. Скот в
жизни кочевника-казаха играл главенствующую роль. Каждый из четырех видов скота, который держали казахи, занимал свое место в системе мировоззрения номада.
Лошадь — это представитель Высшего мира, символ ума, интеллекта. В казахском устном народном творчестве конь
часто сопровождает героя как надежный друг и… советчик. Таков конь Тарлан Ер-Таргына, Тайбурыл Кобланды батыра, Байчубар Алпамыса. «Тот не джигит, кто хоть раз не сидел на коне», — говорят в народе. Конь — дар, который берегут, но им можно и делиться: «Можно отдать коня, но нельзя продать его снаряжение».
Корова — подземный мир. Помните версию, что Землю держат на своей спине быки? А, может, действительно так, Подземный мир — Тенгиз, что дословно переводится как «море». Взгляните на глобус, каково соотношение суши и воды? Вода держит Сушу. Корова — представитель Подземного мира. Интересно, что корова в отличие от овец и лошадей не имеет рефлекса тебеневки, к тому же у нее притуплён рефлекс стадности, может, с этим связано то, что ее относят к Подземному миру.
В Среднем мире овцы — символ материального богатства, обеспеченности. Баран считался, по представлениям казахов, единственным животным, побывавшим в раю. Поэтому его чаще приносят в жертву. После родов женщины также закалывали барана — «калжа», а шейные позвонки вычищали и нанизывали на палку, повесив их на шанырак, чтобы быстрее крепчал позвоночник младенца. Этот обычай означал соединение Высшего и Среднего миров.

Но здесь же, в Среднем мире, есть что-то похожее на овцу, ноне овца, а «ешкi> -коза. «Еш» — «ничто». Именно ей доверили охрану Уркер — Плеяды, она оставила без внимания поручение, и Жетi каракшы — Семь разбойников (Большая медведица) похитили Плеяды. «Ешki мал бол-майды» — «Коза не будет скотом», — говорят казахи. По их представлению, у козы нет предков, Такое отношение к одному животному овца — коза есть своеобразное деление Среднего мира — мира, где живет человек.

Верблюд для казаха — это символ гармонии. Верблюд содержит в себе всех животных. Обратите внимание на шею, уши, хвост, ноги, копыта, губы, глаза и вы увидите черты всех редставителей знаков Зодиака, которых несет на себе верблюд. Он не может войти в игольное ушко земных лет, потому его именем нельзя наречь год, но все двенадцать животных вошли в верблюда, он — символ объединяющего начала.

Деление на три встречается и в понятии души человека. Ет-жан, ет — мясо, то есть тело, физическое тело, жан -душа, физический уровень. «Шiбын-жан» — шiбын — муха, астральный двойник. «Рухi-жан» — рух — дух, душа. Люди верили, что душа шамана через жел-бау — веревку, закрывающую купол юрты на ночь, покидает тело и попадает на Темирказык — Полярную звезду. А это — Ось Земли. Там душа узнает, чем болеет человек, которого лечит баксы. Интересно и то, что казахи не употребляют слово «умер» в отношении усопшего, а говорят «кайтыс болды».

«Кайтыс» переводится как «возвращение». Душа бессмертна, поэтому она не умирает, а возвращается. В этом сакральность мышления казахов.Наше общество можно назвать традиционным. Казахи бережно относятся к традициям, религии, верованиям,
обычаям, окружающей природе. Даже в конце XX столетия здесь сохранились знания предков и целостность восприятия мира, и сквозь самые современные понятия проскальзывают архаичные представления о Космосе.

Жизнь кочевника сформировала особенный менталитет, чертами которого являются интеллект, философичность и демократичность.

Не случайно, что кочевникам присущи специфические временные представления. Время не векторное, как у оседлых народов, текущее из прошлого в будущее, а цикличное,вращающееся по кругу. Представление, что весь мир — круг, идет из образа жизни кочевника, сезонные перекочевки и движение лета, осени, зимы, весны по кругу приводили к тому, что степняк переживал время физически. Реликты нелинейного восприятия времени сохранились в языке: «жасы уш мушел» — «возраст его — три мушеля», где речь идет о возрасте человека. Мушел — это
календарный цикл, равный 12 годам.

Именами предков называют младенцев, как бы осуществляя связь времен. Последнее имеет большое значение в менталитете кочевника: обычное право, адат, родовая идеология так же требовали знаний предков до седьмого колена, часто именно по ним определялось событие, случившееся в бытность того или иного звена, члена рода, семьи. Так, например, с именем Алаш хана связаны история возникновения казахской народности и Казахского ханства. Время это звучит на устах казахов как поговорка: «Когда алаш был алашем, а Алаш был ханом, чего
только мы не делали с калмыками». Кочевая цивилизация казахов вбирает в себя и Восток, и Запад, она сшивает их Шелковым путем и при этом вбирает все лучшее от тех и других. Образ мыслей казахов похож на национальные орнаменты. Последние многообразны, их около 200 видов. Каждый из них имеет свое название и несет закодированную информацию. Однако все они едины в одном. Круговые линии, идущие неторопливо, последовательно и вольно чередуясь, передают широту и вольность пространства, Космоса.

Первое слово, которое прочитал великий датский ученый Вильгельм Томсен, расшифровывая руны с берегов Орхона, было «Тенгри», Дальше стало ясно, что тайнопись изначально принадлежит не германцам, как обычно было принято считать в европейской научной среде. Слово это очаровало исследователя. Как и Шокана Уалиханова, написавшего статью с одноименным названием.

Геродот писал о древних жителях Казахстана: «Они ничего не сеют, питаясь домашними животными и рыбой, которую в изобилии доставляет им река Араке. Они пьют молоко. Из богов чтут только Солнце, которому приносят в жертву лошадей. Смысл жертвы этой тот, что быстрейшему из всех богов подобает быстрейшее животное».

Традиции эти хранятся в памяти народной. В древних курганах часто вместе с покойниками археологи находят коней. И не одного. В Берельском кургане их 13. Две с половиной тысячи лет пролежали они в земле и не истлели.

Даже трава в желудках. Берельский курган поставил много вопросов; как на глубине всего 5-6 метров древние
жители сумели создать эффект «морозильника», великолепно сохранившего животных, и, главное — человека. В кургане были покойники примерно тридцати лет. Он и она.

Человек шаманский удивлялся Солнцу и поклонялся ему; точно так же — и Луне, и Небу. Человек приписывал им власть над собой, он мог родиться под особенным покровительством природы — чудным образом, и умереть от ее гнева, но после смерти власть природы прекращалась.

До сегодняшнего дня сохранились обычаи жертвоприношения огню: «От Ана, Май-Ана риза бол! Жарылга!
(«Мать-Огонь, Благослови!»), — говорит невеста, вступающая в новое семейство, подливая масла в огонь. Огнем лечат… Обращение к хозяину дома «От-агасы» — «Хозяин очага», ласкательно-нежное бабушки к внуку

«Айна-лайын» — вращаться, «вокруг обходить» (шаман бегал вокруг больного и восклицал: «Беру болезнь на себя!») — есть суть отношения казахов к обычаям, традициям.

Конечно же, ислам не мог изменить в одночасье менталитет кочевника. Изменению подверглись слова, но не мысль. Небо слилось с идеей Аллаха, но уважение к Солнцу, Луне, Небу, звездам осталось, более того, сохранились обряды их культуры.
Кочевая жизнь неразрывно связала кочевника с природой, поэтому культ Природы будет сопровождать всю его жизнь через традиции, обычаи, ритуалы. Так, например, есть понятия «кеср», «киел>, распространенная система табу. В народе говорят, что у мужа одной невестки было шесть старших братьев: Озенбай (озен — букв.; «река», «речной»), Камысбай (букв,: камыс — «камыш, тростник, камышовый»), Каскырбай (букв.: каскыр — «волк, волчий»),

Койшыбай (букв.: койшы — «пастух»), Кайракбай (букв.: кайрак — «точило, точильный брусок»), Локетбай (букв.: локет — «тесак»). И вот однажды, отправляясь за водой, она увидела, как в камышах на овцу напал волк. Женщина криками спугнула волка, и сразу бросилась назад — ведь нужно было, пока овца еще не издохла, пустить ей кровь, так как в противном случае ее мясо, по представлению казахов, стало бы не пригодным к употреблению. Но вот незадача — согласно обычаям невестка не могла назвать по имени старших родственников мужского пола со
стороны мужа, это запрещалось (табу). Но находчивая невестка не растерялась и, прибежав домой, сказала: «Там за журчащим с этой стороны шелестящего блеющего воющий есть собирался, я прогнала его. Пока блеющий не умер, быстро режущее проведите несколько раз по тому, обо что это делают, и скорее идите туда!» Это один из примеров лексических табу и этических норм кочевников, они лишены внешнего влияния, чего-либо привнесенного, скажем, воздействия буддизма или ислама, они -продукт традиций, реальной жизни, реальных потребностей кочевого образа жизни и хозяйствования степняков.

Реликты древних верований и обрядов еще сохраняются в быту и мировоззрении старшего поколения, но быстро исчезают в современных условиях. Объясняя внутренний смысл, истоки происхождения многих традиционных норм поведения и быта, взаимоотношений в общественной жизни и семье, обрядов и обычаев казахов, они вместе с тем свидетельствуют о значительной общности древних религиозных верований народов среднеазиатского и казахстанского регионов. Многие казахские верования становятся понятными, полнее раскрывают свою
внутреннюю «тайну» после сопоставления их с верованиями и религиями Алтая, Сибири, Центральной Азии, Поволжья и Закавказья.

Сарсекеев Б.С. «Мир кочевника»