Политический кризис марта 1995 года и его последствия.

Политический кризис марта 1995 года и его последствия.

Новый парламент проработал менее года. В марте 1995 года в политической жизни Казахстана разразился новый политический кризис.

Один из кандидатов в депутаты парламента, не прошедший этап регистрации, Т. Г. Квятковская предъявила иск Центральной избирательной комиссии в Конституционный суд Казахстана о нарушении Кодекса о выборах в Абылайхановском избирательном округе. После длительного разбирательства, 6 марта 1995 года Конституционный суд принял решение. В принятом постановлении суда отмечалось, что “введенная Центризбиркомом методика подсчета голосов… по существу изменила установленную Кодексом о выборах избирательную систему. Тем самым Центризбирком нарушила ст.60 Конституции, превысив свою компетенцию”. Этим постановлением были поставлены под сомнение итоги выборов и, следовательно, легитимность самого парламента.

8 марта Президент, пользуясь правом, данным ему Конституцией, внес возражения на постановление Конституционного суда. 9 марта такое же возражение было внесено председателем Верховного Совета А. Кекильбаевым.

10 марта 1995 года Конституционный суд преодолел внесенные возражения и двумя третями голосов принял определение; “…отклонить возражения Президента и Председателя Верховного Совета Республики Казахстан и подтвердить постановление Конституционного суда от 6 марта 1995 года. Определение обжалованию не подлежит”.
11 марта Верховный Совет принял Конституционный закон “О внесении изменений и дополнений в Конституцию” и постановление “О приостановлении деятельности Конституционного суда”, однако эти документы не могли иметь юридической силы.
В тот же день Н. Назарбаев обратился в Конституционный суд с запросом о правовых последствиях постановления от 6 марта 1995 года. В запросе Президент просил дать разъяснения по следующим вопросам:
Означает ли это постановление Конституционного суда неконституционность выборов в Верховный Совет, состоявшихся 7 марта 1994 года, а также неконституционность полномочий избранных депутатов Верховного Совета;
Если полномочия депутатов парламента неконституционны, кто вправе принимать решения законодательного характера;
Означает ли решение Конституционного суда, что Закон “О временном делегировании Президенту Республики Казахстан и главам местных администраций дополнительных полномочий” от 10 декабря 1993 года продолжает действовать.
В этот же день Конституционный суд в своем разъяснении дал положительные ответы на вопросы Президента.
Казахстан опять остался без парламента.
В тот же день Президент подписал Указ “О мерах, вытекающих из постановления Конституционного суда РК от 6 марта 1995 года.. В соответствии с ним для оказания помощи депутатам в трудоустройстве, обеспечения сохранности имущества Верховного Совета и других вопросов была образована государственная комиссия под руководством вице-президента Е. Асанбаева.
Нелегитимность парламента означала и нелегитимность правительства, сформированного с участием нелегитимного парламента. Поэтому в тот же день, 11 марта 1995 года правительство в полном составе подало в отставку, которая была принята Президентом. В соответствии с законом о временном делегировании Президенту дополнительных полномочий, он назначил Премьер-министром А. Кажегельдина и поручил ему сформировать правительство. В тот же день Президентом была принята отставка Центризбиркома.
Реакция на эти стремительные события была, как и следовало ожидать, различной.
14 марта 130 депутатов парламента под председательством О. Су-лейменова приняли Обращение “К избирателям Казахстана, к парламентам и международным организациям”. В Обращении, в частности говорилось: “…Механизмов роспуска Верховного Совета предусмотрено только два:

– Самороспуск, когда большинство депутатов подают заявления о добровольном сложении депутатами полномочий.
– Отзыв депутатов своими избирателями.

Других правовых оснований для роспуска Верховного Совета и местных представительных органов ни в Конституции, ни в других законах РК не содержится. Поэтому мы считаем, что решения Конституционного суда и его толкование являются актами не правового, а политического характера. 12 марта 1995 года министр иностранных дел Казахстана на встрече с послами иностранных государств сделал заявление о том, что казахстанский парламент принял решение о “самороспуске”. Мы заявляем: такого решения не было и нет.”
В тот же день 72 депутата Парламента заявили о трехдневной голодовке. 16 марта 22 депутата отказались покинуть здание Верховного Совета.
В своих заявлениях и интервью депутаты Парламента заявляли, что действия Конституционного суда и Президента являются совместной политической акцией, что их цель — получение дополнительных полномочий или такого парламента, который даст их президенту. Прогнозы экс-депутатов были пессимистичны — Казахстан ожидают времена закрытия демократических институтов, коммунистического “единогласия” и политических преследований.
Реакция за рубежом также была различной. Россия заявила, что произошедшее — внутреннее дело Казахстана. Более эмоциональной была оценка произошедшего посла США В Казахстане У. Кортни. Посол сделал заявление, в котором назвал решение Конституционного суда торжеством демократии в республике. В официальном интервью У. Кортни пошел еще дальше — “Казахстан представляет собой уже не школьника, а учителя демократии” (в ответ на это заявление депутат парламента В. Чернышев пообещал сжечь себя перед зданием американского посольства).
Спустя месяц, 29 апреля 1995 года состоялся референдум о продлении сроков полномочия Президента до 2000 года. По официальным данным, в голосовании приняло участие свыше 91% граждан, имевших право голосовать, свыше 95% из них высказались за продление полномочий.
Таким образом, с марта по декабрь 1995 года в Казахстане отсутствовала законно избранная законодательная власть. В стране был установлен режим личной власти Президента.